Новости металлургии

Финансы поют романсы, а промышленники играют марши. Российский и мировой рынок стали: 30 июня — 7 июля 2024 г.

В первую неделю июля снова обострился старый вопрос — по какому пути должна пойти российская экономика? Либо на первое место ставится борьба с инфляцией, тогда ценой ее обуздания должен стать спад. Либо нужно и дальше ускорять экономический рост, но тогда не понятно, какими способами снижать инфляцию?

Вопрос о том, снижать ее или нет, вообще не стоит. Пример Турции показывает, что с неустойчивой национальной валютой экономику не поднимешь. А приучать население снова считать цены в долларах, если рублю веры не будет, категорически неправильно со всех точек зрения.

Но вот что делать-то? Подход Банка России заключается в дальнейшем повышении ставок. Как заявила глава ЦБ Эльвира Набиуллина, на заседании Совета директоров 26 июля будет обсуждаться не вопрос о том, поднимать их или нет, а вопрос о том, на сколько.

Обоснование у нее, как говорится, железное. По данным Росстата, за последнюю неделю июня инфляция составила 0,66%, а годовая по состоянию на 1 июля достигла 9,22% против около 7,5% в начале текущего года. Рост налицо, а значит, надо применять чрезвычайные меры.

При этом заместитель председателя ЦБ Алексей Заботкин постарался немного успокоить общественность. По его мнению, в июле инфляция в России выйдет на пик, а уже в августе-сентябре пойдет на снижение, чтобы в середине или второй половине 2025 г. опуститься до желаемой отметки 4%. Естественно, это создаст условия для уменьшения ключевой ставки ближе к концу текущего года.

Безусловно, в Банке России не могут не отдавать себе отчет в том, что новое поднятие ставки не затронет те сектора экономики, которые имеют доступ к льготному государственному финансированию. Там свои отношения распределения. Однако в прочей, «непривилегированной» экономике еще более дорогие деньги, как ожидается, будут сдерживать хозяйственную активность, рубить под корень любые инвестиции, способствовать банкротствам и потере рабочих мест. Из-за обрушения спроса возникнет избыток предложения, начнется дефляция, которая в конце концов задавит инфляцию.

Увы и ах, но это не сработает. В плане дефляции, само собой. По той печальной причине, что основную ответственность за инфляцию в России несет рост издержек. Те самые рекордные 0,66% недельной инфляции в конце июня — это прямое следствие повышения коммунальных тарифов, в среднем, на 10% с 1 июля.

На призыв недельной давности о диагностике источников инфляции пока пришло слишком мало отзывов, чтобы делать обобщения. Но какие-то выводы можно сделать уже сейчас. Все компании отмечают значительное увеличение расходов на оплату труда. Масштабы — до десятков процентов за год. Однако повышение заработной платы очень неравномерное.

Больше всего вырос в цене, прежде всего, квалифицированный ручной труд — станочников, сварщиков, складских работников, даже стропальщиков и грузчиков. Не хватает хороших продажников, которых тупо переманивают друг у друга. Во всяком случае, на это обращали внимание некоторые металлотрейдеры. Офисные работники, в то же время, особого роста зарплат не ощутили.

Причины дефицита работников — отток кадров на военные производства, на СВО и... в курьеры. Интернет-доставка стала в последнее время быстро растущей и весьма прибыльной отраслью, в которой увеличение расходов на рабочую силу пока отбивается. Эти проблемы в ближайшем будущем решены не будут, и повышение ставок здесь не поможет.

Да, какие-то компании разорятся и «уйдут с пляжа», но пока у нас будут расти оборонная промышленность, приоритетные отрасли экономики и службы доставки, работников определенных специальностей так и будет не хватать. Бизнесу придется платить сотрудникам дорого или... не иметь данных сотрудников. Где-то, говорят, директора филиалов на складах трудятся... за те же деньги. Тоже вариант, да...

Следующая проблема: за последние годы резко подорожало любое оборудование. Импортозамещение, развитие промышленности — это прекрасно и перспективно, но для этого необходимы станки, а к станкам — комплектующие. Данные отрасли демонстрируют хороший рост, но с очень низкой базы. По-прежнему, 85-90% оборудования — это импорт. А импорт — это дорого и геморно.

Да, как говорил президент на саммите ШОС в Астане, государства сообщества наращивают использование национальных валют во взаимных расчетах. Их доля в коммерческих операциях России с участниками организации по итогам первых четырех месяцев 2024 г. превысила 92%. И толку-то с того, если те же платежи в юанях идут по два-три месяца, и не факт, что пройдут?!

Проблема в том, что вся работа по импортозамещению проходит мимо банковского сектора. Он по-прежнему остается тесно интегрированным в систему международных финансов, где всем распоряжаются США и немного Британия. Параллельную систему в рамках ШОС или БРИКС за два с лишним года запустить не удалось.

Тут просматриваются две трудности. Во-первых, для организации альтернативной системы международных платежей необходимо деятельное участие по обеим сторонам границы, чего мы не наблюдаем. Во-вторых, по-видимому, есть проблема с кадрами, которые, как известно, решают все. Вот где-вы найдете толковых банкиров, не связанных с западными финансовыми кругами?! И комиссаров с «Маузерами» у нас нынче большой некомплект...

Допустим, повышение ключевой ставки снизит спрос на оборудование, но не низведет его до нуля. Более того, с дорогими деньгами затраты бизнеса только вырастут.

К этому следует добавить и другие источники издержек. Например, логистику — не только международную, но и внутреннюю. Здесь тоже свернулся тугой клубок проблем — выросшие затраты РЖД, нехватка автотранспорта, нехватка водителей и т. д. Не решаемо.

Выросла в цене аренда из-за дефицита площадей. Здесь высокие процентные ставки только мешают, так как препятствуют строительству новых складских комплексов и промышленных площадок. О коммуналке мы уже упоминали.

Ряд компаний отметили заметный (десятки процентов) рост налогов и иных платежей в бюджет или локальным монополистам, интегрированным с местными властями. Естественно, государству надо много денег, и с этим не поспоришь. Но оно берет их, прежде всего, из карманов «непривилегированного» бизнеса, поскольку у него пока есть, что взять. Как говорится, не только бухгалтерия, но и налоговая служба бывает военного времени.

Если обобщить, получится, что снижение цен вследствие повышения процентных ставок, коснется, в первую очередь, торгового звена. В частности, на российском рынке стальной продукции крайними окажутся дистрибьюторы, которым придется идти на уступки на споте, чтобы хоть как-то поддержать падающие продажи. В то время как на первичном рынке котировки уменьшаться не будут. Более вероятным выглядит их рост вследствие продолжающегося увеличения затрат. Чтобы снизить инфляцию, надо бороться с издержками, но это сейчас не слишком реально. Разве что, превратить ФАС в оружие массового поражения, но где на эти цели столько специалистов напасешься?

Министерство промышленности и торговли устами заместителя министра Василия Осьмакова придерживается иной точки зрения, заявляя, что перегрева в российской экономике нет, поэтому высокая ключевая ставка не оправдана. Перегрев, по словам замминистра, это искусственный спрос, «надутый» кредитами. Сейчас же потребности полностью объективные. Санкции требуют ускоренного импортозамещения, соответственно, промышленность наращивает обороты и нуждается во всех видах ресурсов.

Как считает Министерство, пытаться ограничивать спрос высокими ставками нецелесообразно, так как это ударит еще сильнее по предложению, затормозив его рост. В принципе, при стабильном курсе рубля, прекращении роста коммунальных тарифов и хотя бы неухудшении ситуации с логистикой и импортом сдержать подъем цен можно будет и при относительно низкой процентной ставке. Но вопрос, прислушается ли ЦБ к доводам промышленников?

Василий Осьмаков отметил еще одну важную тенденцию. По его словам, России необходима полноценная новая индустриализация с созданием с нуля целых отраслей. Это осуществляется посредством запуска долгосрочных проектов, зачастую не приносящих немедленной коммерческой выгоды. В качестве инструментов для их реализации предлагается эквивалент южнокорейских «чеболов» - диверсифицированных промышленно-финансово-торговых групп. Надо понимать, при активном участии и руководящей роли государства.

Вообще, идея интересная, потому что в Южной Корее «чеболы» как раз сработали, менее чем за двадцать лет превратив нищую коррумпированную страну, откуда народ бежал в более благополучную КНДР, в крепкое индустриальное государство. Однако там все было не просто. Южнокорейский успех, который потом повторили Китай и в некоторых аспектах Турция, базировался на ряде предпосылок.

Прежде всего, нужны «зародыши» будущих «чеболов» - крупные и эффективные компании, хотя бы на национальном уровне. Этого у нас в достатке, здесь стартовые условия намного лучше, чем были у южнокорейцев.

Во-вторых, требуются сильное и компетентное государство, с одной стороны, и ответственный бизнес, с другой. Они должны работать на достижение общих долгосрочных целей рука об руку. В Южной Корее были диктатор Пак Чон Хи, бывший коммунист, ставший генералом и патриотом, абсолютно не подверженный коррупции, и целая плеяда выдающихся предпринимателей — основателей Samsung. LG, Daewoo и других компаний. И когда один из них получал, например, задание создать в стране с нуля судостроительную отрасль, а второй — построить первый современный НПЗ, оба отвечали: «Есть!» и принимались за работу. И что характерно, успешно доводили ее до конца.

В принципе, в России эти условия тоже выполнимы. В правительстве в последние годы появилась компетентная команда, научившаяся реально управлять экономикой. Есть и крупные корпорации, государственные и частные, умеющие решать задачи стратегического уровня. Чего пока не слишком хватает, - это собственных финансовых структур, которые должны быть подчинены промышленному контуру и действовать в его интересах. ПСБ... ВТБ... Хм...

Третье обязательное условие — наличие внешних источников технологий и рынков сбыта. Южной Корее тогда разрешили развиваться США, открыв для нее свой рынок. С технологиями помогли японцы. Например, первый в стране металлургический комбинат Posco был построен именно с их поддержкой, тогда как американцы отказались.

Вот с этим у нас сложнее. Конечно, есть внутренний рынок сбыта, который в десятки раз шире тогдашнего южнокорейского. Российской индустриализации нет жесткой необходимости опираться на экспорт, но внешние поставки тоже нужны. Китайские технологии — не всегда предел возможного, но тоже ничего. Поэтому разблокировка внешнеэкономических связей становится важнейшей задачей.

Основные риски российской «чеболизации» лежат в кадровой плоскости. Ответственность, компетентность, некоррумпированость — это необходимые условия. Кроме того, остается серьезная проблема с теми секторами экономики, которые останутся вне этого процесса. Сейчас с их интересами не слишком считаются, и это совсем не хорошо. В индустриализации и экономическом росте должны быть заинтересованы все.

Напоследок — несколько слов о рынке стальной продукции. Там существенных изменений за последнюю неделю не произошло. В России есть проблемы с избытком предложения, точнее, недостатком спроса на горячекатаный прокат и сварные трубы. Цены на спотовом рынке снижаются, хотя на первичном они сохраняют постоянство или даже слегка прибавляют. Арматура более устойчивая. Видимый спрос на нее остается высоким, значительного избытка предложения пока не ощущается.

На мировом рынке продолжается постепенное удешевление китайской стальной продукции. Ее экспансия за рубеж не сбавляет оборотов. В самом Китае цены, правда, немного приподнялись, но это больше связано с ожиданиями. В середине июля состоится пленум ЦК КПК, на котором будут обсуждаться экономические вопросы. Может, там придумают свои способы стимулирования экономического роста. И если среди них будет что-то применимое к нашим условиям, мы об этом обязательно расскажем.

Другие материалы о российском и мировом рынке стали читайте в разделе "Аналитика".

Приглашаем всех принять участие в выставках и конференциях, которые состоятся во второй половине 2024 г.! Ближайшие из них состоятся в начале осени. В Костроме 12-13 сентября пройдет очень актуальная по нынешним временам конференция "Сервисные металлоцентры России", 19-20 сентября Екатеринбург и Каменск-Уральский примут конференцию "Медь, латунь, бронза: тенденции производства и потребления", а 26-27 сентября в Череповце состоится 13-я Международная конференция "Проволока-крепеж".